Добро пожаловать!
На главную страницу
Контакты
 

Интересное

 
   
 

Ошибка в тексте, битая ссылка?

Выделите ее мышкой и нажмите:

Система Orphus

Система Orphus

 
   
   
   

Рязанский городской сайт об экстремальном спорте и активном отдыхе










.
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Рязанская губерния в 1812 году. Часть 2. Глава "Грабежи некоторых воинских частей русской армии в пределах Рязанской губернии".



Грабежи некоторых воинских частей русской армии в пределах Рязанской губернии в 1812 году.

(Спасибо пользователю Мелединский за перевод главы в текстовый формат!)

С оставлением русской армий Москвы, вследствие приближение к ней французов, население ее в паническом ужасе бежало по разным дорогам, в глубь России, преимущественно по Рязанской и Владимирской. Ведь вторжение неприятеля в Москву для многих было так неожиданно, Генералъ-губернатор граф Растопчин в своих знаменитых афишах все уверял жителей, что Москве не угрожает никакая опасность. А французы тут как тут, как снег на голову. «Теперь мы равны с неприятелем числом войск, объявлял Растопчин в своих афишах почти накануне вторжения неприятеля, через два дни у нас еще прибудет 20.000, но наши войска русская, единаю закона, единого Царя, защищают Церковь Божию, домы, жен, детей, погосты, где лежат отцы наши. Неприятели же дерутся за хлеб, умирают на разбое, если они раз проиграют баталью, то все разбредутся и поминай как звали».

Но французы не разбредались, они шли прямым путем, компактною массою, брали город за городом и уже были в это время почти под самыми стенами Москвы-сердца России.

Растопчинские афиши, с широковещательным заверением, «я жизнью отвечаю, что злодей в Москве не будет».... еще красовались по столбам белокаменной, а главнокомандующий русской армией кн. Кутузов, решив оставить Москву, просил сам у генерал-губернатора гр Растопчина полицейских офицеров, которые могли бы армию проводить через разные дороги на Рязанскую.

Можно себе представить тогда испуг и весь ужас, каковой пришлось пережить находившемуся в Москве населению, верившему Растопчину, когда сама русская армия форсированным маршем проследовала через Москву на Рязанскую дорогу, сделав потом на другой день фланговое движение на Калужскую для прикрытия Калуги, где были собраны громадные съестные припасы, и Тулы с ее оружейным заводом.

Но так как сам Наполеон, как было известно тогда, тоже готовился со всею армиею выступить по Рязанской дороге, чтобы оттеснить нашу армию за Оку, то с переходом главной нашей армии на Калужскую дорогу часть ее двинулась по Рязанской дороге, далее к Оке с целью задержать движение неприятеля по этой дороге. Здесь же на границе Московской и Рязанской губерний останавливались вновь прибывавшие на укомплектование армии воинские части и, кроме того, для охраны границ Рязанской губернии от вступления неприятеля поставлены были некоторые ополчения. Рязанскому ополчению, как мы видели выше, приказано находиться у Коломны и Егорьевска и прикрывать Рязанскую и Касимовскую дороги. Около же Егорьевска расположено было и Косгромское ополчение и некоторые другие.

Всеобщая паника московского населения передалась несомненно и населению пограничных с Москвою уездов Рязанской губернии. В Егорьевском напр. уезде все имущество было заблаговременно уложено на воза и поэтому, когда духовная консистория потребовала от благочинных поставки в Рязань лошадей для спасения архиерейской ризницы и церков. имущества,- некоторые благочинные ответили тогда, что лошади самим нужны для спасения своего имущества. В Зарайском уезде, как увидим ниже, многие помещики бежали из своих вотчин, а в самом городе Зарайске не оставалось и трети жителей. Имя Наполеона поселяло какой то таинственный ужас в народе... Тем более такая жуть ощущалась, что некоторые русские воинские части, проходившие через эти уезды, вели себя далеко не геройски: вместо того, чтобы быть готовыми к защите испуганного населения, некоторые войска сами часто обижали население, разбивали кабаки и питейные дома, отбирали скот, тащила из амбаров хлеб и проч. Обижали население даже раненые солдаты нашей армии. Я уже не один раз писал, что дел 1812 года сохранилось у нас мало. По этим причинам осветить и этот вопрос широко пока не представляется возможным. Для этого нужно бы поднять архивы уездных земских судов, городовых магистратов, где могли бы находиться дела подобного рода. Но сведения об отдельных эпизодах негеройских поступков, точнее грабежей воинских частей, все таки имеются и в нашем небогатом собрании документов. Случаи притеснений и обид населения известны пока по трем уездам: Рязанскому, Егорьевскому и Зарайскому.

16 сентября 1812 года к Рязанскому гражданскому губернатору И. Я. Бухарину поступил рапорт Егорьевского исправника о притеснении обывателей вверенного ему уезда воинскими чинами. Рапорт этот значится по входящему реестру бумаг, поступивших к губернатору 16 сент. под № 4202-м. В чем фактически состояло это притеснение неизвестно, так как подлинных бумаг не сохранилось, но несомненно притеснение это было немалое, иначе едва ли бы в это тревожное время исправник осмелился доносить губернатору о каких либо мало значительных фактах насилия русской армии.

Того же 16 сентября 1812 года сам гражданский губернатор предписывал Рязанскому земскому исправнику произвести расследования о разных поступках раненых солдат в с. Мервине 1). Результаты дознания также неизвестны, так как дела не сохранилось, но, несомненно, жалобы также имели за собою достаточное основание, если губернатор в такое тревожное и опасное время, когда неприятель в каждый момент мог появиться под стенами Рязани и когда все казенное имущество было подготовлено к отправлению вниз по Оке, поручает произвести следствие о поступках русских солдат и даже раненых. Поступки эти должны быть серьезны, так как о них одновременно с поручением дознания сообщалось и начальнику над воинскими чинами, отправлявшему в то время в Рязани и его окрестностях обязанности коменданта, полковнику 2го Егорьевского полка Аблову. 2)

«На пути в армию и из армии офицеры, - пишет Зарайский предводитель дворянства г. Селиванов, - чинили буйства, требовали исправника.--Где исправник? Давай сюда исправника! Не желая быть битым, исправник при приезде таких гостей, бывало, прятался, куда попало, так что и по отъезде их долго еще его искали. Самоуправие, беззаконие, страх господствовали везде»3).

Затем 20 сентября 1812 года в четверг он пишет так:

«Вчера в полдни я пустился в назначенный свой путь в Рязань. Доехав до Ильинска, был встречен козловским старостою, который Богом и Христом просил меня заехать с ним в село по причине, что у них остановилась команда солдат из 300 человек и делает неустройства, почему я и принужден был согласится на его просьбу заехать в Козловку, где для спокойствия их ночевал. По приезде моем туда, узнал я, что эта партия набрана из мародеров и выздоровевших от ран солдат, отправляемых в армию, почему я за наилучшее почел объявить майору, чтобы он безослабно смотрел за своею командою и не давал бы вольничать.

_____________________
1) По исх. реестр. канц. Ряз. гражд. губ. 16 сент. 1812 г. № 6009.
2) Там же № 6010.
3) Сочин. В. В. Селиванова т. 1, стр. 85,

Узнавши солдаты о моем приезде остановились в своих требованиях и жители успокоились» 1).

Особенно с этой стороны были нечистоплотны казаки, Они были, по рассказам очевидцев, хуже врага. Собственно в нашей и соседних губерниях, не занятых французами «почесть что они войной шли на нас. Что хотели, брали, уводили», пишет в своих заметках кн. Д. Д. Оболенсий с рассказа очевидца 2). О насилиях казаков говорит в своих записках Михайловский, Дашкевич и В. В. Селиванов в своих письмах.

Казаков боялись все.

«На сих днях, пишет г. Селиванов, наш начальник ополчения, Л. Д. Измайлов, показал мне свое особое покровительство. Не знаю от кого-то дошел до него слух, что будто-бы у меня в Любаве мародеры делают большие беспокойства, почему он, отрядя чиновника с конвоем, прислал для усмирения оных. Люди мои, видя приехавших казаков, сочли их за настоящих, крайне встревожились и все попрятались, но узнав, что они присланы от Л. Д. Измайлова, вышли из своих нор и благодарили чиновника» 3).

Дознанием несомненно установлено: свидетели дьякон Петр Антонов, дьячок Антон Андреев, пономарь Иван Кузьминов и священник села Щурова Феодосий Петров и другие показывали, что 6-7 числа сентября 1812 года, во время картирования в этом селе артиллерии и др. воинских частей всего до 6-7 тыс. чел., было разграблено как в доме помещика, так и у крестьян его во многом количестве как имущество, так и скот.
______________________
1) Сочин. В. В. Селиванова, т. 1, стр. 89.
2) Заметки о 1812 г. Стол. Молва 1912 г. 2 234.
3) Сочин. В. В. Селиванова, т. 1, стр. 89

Но особенно воинские части оказались неравнодушными к питейным домам, кабакам и винным выставкам. В Егорьевском уезде в первой половине сентября, с 4 по 12 число, ими было разбито 8 питейных домов из всего числа 9 домов в уезде. Вполне понимаю, что этими подвигами воинских частей затрагиваются вопросы самого деликатного свойства русской армии 1812 года, а потому буду приводить документы подлинником.

В общем присутствии Рязанской Казенной Палаты 19 сентября 1812 года заслушано было прошение содержательницы Егорьевского питейного откупа жены кол. сов. Оболонской. Г-жа Оболонская через своего поверенного московского купца Седова просила г. губернатора 1), а он передал прошение в казенную палату, так как откупами и питейными домами вдала она по камеральному отделению, о предоставлении его доверительнице некоторых льгот по питейному делу, мотивируя прошение теми убытками, кои понесла она, Оболонская, от разграбления содержимых ею питейных домов проходившими через Егорьевский уезд воинскими частями. Оболонская через своего доверенного, между прочим, писала: «В Егорьевский уезд с разных дорог 4 сентября вступило очень много конных и пеших раненых и здоровых солдат, казаков, гусар и уланов, большею частью без всякого начальства, которые, не быв встречены земскою полицею, разбрелись по всему уезду и разграбили восемь питейных домов, забрав медную посуду, так же деньги и потребив все напитки, что все означено в поданном в земский суд объявлении. От какового своевольства и устрашивания стрельбою из ружей никто ни за какую плату пить в питейных домах при продаже питей и провозить из магазинов напитки не соглашается, и потому случаю, от неимения ныне в тех питейных домах продажи, откупной суммы платить не из чего». Жалоба Оболонской губернатором препровождалась в Казенную ІІалату с предложением немедленно принять Егорьевский питейный откуп в казенный присмотр, сделав на сей случай надлежащее распоряжение.
________________

1) По исход. реестр. канц. губ. 1812 г. прошения это значится под 18 сент. под № 6208.

Общее присутствие Казенной Палаты в свою очередь передало жалобу эту в камерную экспедицию, прося составить по этой жалобе записку для внесении ее в палату1).

Одновременно с этим губернатором предложено произвести о поступках воинских частей расследование и губернскому правлению. В Егорьевский уезд был командирован губернский стряпчий Говоров для производства следствия 2).

Камерная экспедиция записку подготовила в том же сентябре месяце. 30 сентября записка была заслушана опять в общем присутствии Казенной Палаты. Записка начинается изложением прошения поверенного г. Оболонской Седова 3) с небольшими добавлениями, а именно, что воинские части «разбили и разграбили» 8 питейных домов, забрали медную посуду и истребили все напитки без остатка с отнятием частью и денег, а сколько именно, о том он подал объявление в земский суд, донеся при том, что по чинимым от означенных солдат в уездах своевольствам и устрашиваниям стрельбою из ружей, никто ни за какую плату жить в питейных домах при продаже и привозить туда напитки из магазинов не соглашается, опасаясь смертоубийства, доколе приведено будет все по уезду в порядок по прежнему. А потому во всех означенных питейных домах продажи питей не производится и состоит простой, а без продажи питей и платить откупной суммы не из чего».

Далее камеральная экспедиция докладывала: «А как по правилам питейного откупа содержатели питейных сборов препоручены его превосходительству, т. е, губернатору в особенное покровительство, то в таком случае, прибегая под защиту, г. Седов просит учинить его начальственное предписание, доколе воспоследует порядок и установлена будет повсеместная в уезде продажа питей в разбитых питейных домах, до тех пор откупной суммы не требовать и взять их в казенный присмотр, заплатя за собственное наличное вино по обычнейшей цене с провозом и содержанием по три руб. по 80 коп. за ведро, а водки и наливки вдвое. Також пиво и мед по рублю по пятидесяти коп. за ведро. Таковые питие остались только, пишет далее Седов, в двух собственных магазинах в городе и в уезде по 1-е число сентября всего не более 10 тысяч ведер вина».

_________________________
1) Арх Ряз. каз. пах. Журн. общ. прис. каз. пал. 1812 г. 19 сент., стр. 185.
2) Там же. Журн. обш. пр. каз. , пал. 1812 г. окт. 24 стр, 301. Говорову выдано прогонных 24 руб. 12 к.
3) Содержание прошения передано выше.

Далее в той же записке камеральной экспедиции излагается самая история грабежа питейных домов, как она выяснилась по следствию.

«И каким именно образом первоначальный питейный дом, состоящей на дороге из Москвы разбит, передается в записке, о том свидетельствует рапорт, подполковником Миндерером подписанный, Егорьевскому исправнику».

Подполковник Миндерер состоял старшим смотрителем Московского военно-сиротского отделения. Он вместе с своим помощниками подпоручиком Орловским следовал из Москвы с воспитанниками военно-сиротского отделения, после взятия ее Наполеоном. Миндерер и Орловский поэтому были невольными свидетелями грабежа питейных домов Егорьевского уезда.

«При вступлении военно-сиротского отделения двух рот в деревню Ефремовскую еще не успели воспитанники остановить ее в названной деревне, свидетельствовал Мивдерер, как из находящегося там кабака явился к нему целовальник с заявлением, что оный кабак разбивается; немедленно он побежал в оный кабак и нашел в нем раненых солдат до 20 человек, которые, наполнив свои манерки вином, выбегали из оного кабака. Некоторых из них успевал он палкою бить и потом, по просьба же оного целовальника, приказывал ему запереть кабак, поставив часового из воспитанников для недопущения никого в этот кабак, но через полчаса прибыли ратники и грозились оного воспитанника, стоявшего на часах, заколоть. Поэтому он справиться с ними не был в силах. Ратники отбили замок и также грабили оный кабак. По вторичной просьбе целовальника, он лично разогнал грабителей ратников. Затем, по выступлении ратников из этой деревни, прибыли раненые солдаты на 10 подводах и также стали грабить кабак. Целовальник третично просил его о защите, но так как он уже был в таком положении, что готов был к выступлению в дальнейший путь, то и не мог сделать ему никакого вспомоществования».

Оболонская, между прочим, писала, что «из 9 питейных домов не разграбленными оставался только один дом в г. Егорьевске, причем прибыльная сумма от продажи в одном городском питейном доме недостаточна на содержание поверенных, лошадей, квартиры, магазинов и прочего, а не только заплатать питейный сбор». А за Егорьевский уезд обязалась платить Оболонская питейные сборы за вино, водки и наливки 60.000 р., вино, портер и мед 3600 р., всего 63600 р. в каждый год. В исправном платеже за нее поручился муж ее Егорьевский предводитель, кол. сов. Оболонский, В залог была внесена Оболенскою половинная сумма в размере 32.000 руб.

По размеру годовой откупной суммы Оболонская была обязана платить за вино, водку и наливку по 5000 р. в месяц и за вино, портер и мед 300 р., а всего 5300 р. По справке в камерной экспедиции оказалось, что по июнь месяц Оболонскою откупная сумма была внесена полностью, на июль в недоимке оставалось 650 р. и в августе вся месячная сумма полностью 5300 р., а всего 5960 р. За месяц сентябрь и вовсе ожидать поступления откупной суммы нельзя было. Это время было самое тревожное. Таким образом Оболонекая была поставлена в тяжелое положение по совершенно независящим от нее обстоятельствам и конечно могла бы по всей справедливости рассчитывать на снисхождение к ее тяжелому положению. Но Казенная Палата, не смотря на предложение губернатора взять Егорьевский откуп в казенный присмотр, по приведенному в справке ряду статей закона не нашла возможным этого сделать.

«1. Хотя г-жа коллежская советница Оболонская в поданной г. здешнему губернатору и кавалеру просьбе с донесением к ней управляющего Егорьевскими питейными сборами и показывает, говорится в определении Палаты, что будто из числа состоящих по Егорьевску с уездом девяти питейных домов разными проходящими воинскими командами разбито и разграблено восемь питейных домов, забрана медная посуда и истреблены все напитки с отнятием части денег, однако кроме г-жи Оболонской о справедливости сего показания ни со стороны Егорьевского нижнего земского суда, да и ни от кого донесения в Палату доныне нет, без чего не только Казенная Палата, по 118 ст. Высочайшего об управлении губерниями учреждения, в рассмотрение дела входить не может, но и никакое иное присутственное место без достоверного исследования к решению приступить не может, тем более, что всякий обиженный и притесненный во время прохода воинских команд должен по силе того же учреждения 247 ст. требовать удовлетворения от земского исправника. Сообразно сему Казенная Палата положила сообщить в здешнее губернское правление и требовать, дабы благоволило по содержанию Высочайшего учреждения 96 ст. приказать кому должно произвести следствие, дойдя до точности, сколько, когда и кем разграблено напитков, забрано денег и медной. посуды и в какие именно дни не было продажи питьям и буде по исследованию откроется, что питейные дома, как г-жа Оболонская пишет, разграблены и продажи не производится, то в тоже время приказать привести все в надлежащий порядок, определив к питейным домам надлежащий присмотр по своему благоразсмотрению».

«2. Хотя -ж г-жа Оболонская и просит, чтоб по случаю изъясненного в просьбе ее разграбления питейных домов откупной суммы с нее не требовать, но как выше сего значится, что о справедливости ее показания никакого в Палату донесения нет и при том а какие она потерпела убытки неизвестно, следовательно, как посему, так и за силою заключительного ею в правительствующем сенате о содержании откупа контракта, которым обязалась она откупную сумму вносить помесячно, Казенная Палата в сем случае просьбы ее удовлетворить не может, а предоставляет ей, буде по следствию откроется, что она потерпела какие убытки, просить особо не останавливая отнюдь подлежащего за откуп платежа».

«3. Относительно до просьбы ее же Оболонской о том, чтоб взять питейной откуп в казенный присмотр, заплатя за собственное наличное вино и прочие напитки по обошедшимся ценам деньги, то и сего Казенная Палата за силою заключенного ж ею в Правительствующим Сенате контракта, да и так как на сей случай нет никакого в состоявшихся на нынешний откуп условиях особенного постановления и при том не имеется в показуемых в просьбе ее причинах надлежащего удостоверения, выполнить не может. Но как в записке камерной экспедиции означается, что ею Оболонскою накоплена по откупу недоимка более 4-й части представленного залога 750 р., то по сему случаю Казенная Палата за нужное считает, согласно даннаго ныне от г. губернатора предложения, предписать Егорьевскому городничему, городовому магистрату я уездному стряпчему указом с тем, чтобы они приняли немедленно за сборами надлежащее наблюдение и во всем поступали как в указах Сената на сей случай постановлено и от г. губернатора, а также и от сей палаты прежде им предписано без всякого упущения и о продаже питей, а также и о выдаче денег и о взносе оных в казначейство доносили Палате еженедельно, о чем и г. Оболонской дать знать указом, а г. здешнему губернатору донести уведомлением и при том просить дабы соблаговолил о приведении в надлежащий порядок продажи питей по Егорьевексому уезду по сделании о справедливости показания г. Оболонской исследования кому следует учинить свое предписание». «4. Обо всем же вышеизложенном донести на благоразсмотрение Правительствующего Сената рапортом, а Министра Финансов уведомлением"1)

С постановлением этим не согласился однако советник Елчин и остался при особом мнении. Мнение это основано на чисто формальных соображениях и по своему существу не имеет для нас существенного значения. Мнение Елчина было заслушано в общем присутствии Казенной Палаты 3 октября, при чем присутствие в этом заседании вновь не согласилось с большинством его доводов 2).
_________________
1) Арх. Ряз. каз. пал. Журн. общ. прис. пал. 1812 г., сент. стр. 9.
2) В журн, общ. присутствия Рязан. казен. палаты 3 окт. 1812 г. стр. 17 записано: Рязанская Казенная Палата слушала мнение сей Палаты г. советника Елчина, в коем пишет: с журналом Палаты сентября 30 дня, учиненным по предложению г. губернатора и кавалера, последовавшего по просьбе егорьевских питейных сборов содержательницы Оболонской о разбитии и разграблении питейных домов проходящими Егорьевский уезд воинскими командами согласиться не может потому: 1) что Казенная Палата в обращении залогодателя в определении своем не заключает, что почитает нужным; 2) требование Палаты от губернского правления исследования о причиненных содержательнице убытках полагает не зависящим от распоряжения Палаты за силою 118 статьи Высочайшего о губернии учреждения, но вправе стіі она, содержательница, отыскивать свою претензию где Ио закокалъ надлежат и испрашивать защиты по силе условия об откупе § 56; 3) относительно взятия сборов в казенный присмотр, то вследствие предложения г, губернатора на основании указов Правительствующего Сената 1811 г. июня от 23 и 1812 г. мая от 23 числа полагаемое в определении Палаты всем егорьевским чиновникам предписание и он находит должным. При слушании сего мнения г. г. присутстующие объявили свои мнения, а именно: асессор Рябов, советник Корсаков и вице-губернатор кавалер, что они в рассуждении обвещения залогодателя, г. Коллежского Советника Оболонского согласны с мнением г. советника Елчина, почему и полагают о том обвещени оного Оболонского предписать Рязанской городской полиции указом, в прочем же во всем осталос на положении подписанного по сему делу журнала с тем, чтобы мнение г. советника Елчина при посылке в Правительствующий Сенат по сему делу рапорта и к г. Министру Финансов уведомления поместить в оныя; г. Советник Елчин остался при своем мнении. После чего г-да присутствующие на основании указа 1714 года апреля 4-го дня имели по сему делу диспут, по произведении которого осталис при вышеозначенных своих мнениях. Приказали: по делу сему на основании генерального регламента 6-й главы учинить исполнение по большинству голосов.

Каких результатов в конце концов достигла г-жа Оболонская своею жалобою - неизвестно. По входящему реестру Канцелярии губернатора под № 7539 значится поступившим от стряпчего Говорова следствие о грабежах воинскими частями питейных домов в Егорьевском уезде, но какого его содержание тоже неизвестно 1). По журналам Казенной Палатой на приведенном нами выше постановлении кончается переписка по жалобе Оболонекой.

По-видимому Оболонская могла обойтис без просимых льгот, несомненно потерпев крупные убытки. Какие именно воинские части были виновниками разграбления питейных домов также остается невыясненным.

Нельзя не упомянуть еще, что в марте 1813 года значится по исходящ. реестру канцелярии губернатора переписка о разграблении в 1812 году кабака в с. Радовидах. Рязанский губернатор сообщал об этом графу Толстому, но опять, в чем состояло дело, неизвестно - переписки не найдено. В более тяжелых условиях оказался, как увидим ниже, 3арайский откупщик полковник Грибовский и г-жа Веденцова, арендаторша крупного водочного завода в с. Щурове.

В своем прошении, заслушанном в общем присутствии Казенной Палаты 11 окт. 1812 г. полковник Грибовский писал, что

_____________________
1)В архиве Рязанского губернского правлении все наши поиски хотя бы журналов 1812 года оказалис тщетными, А они значительно разъяснили бы и дополнили это дело.

"с 3 сентября, по случаю худой продажи по Зарайску питей в прошедших и настоящем месяце, накопилос за ним по винному откупу откупной суммы более 4 части представленного им в казну залога, почему вынужден был он представить в залог свой завод в селе Щурове. Дело совсем было налаживалос в благоприятном для Грибовского смысле, Казенная Палата соглашалас рассрочить ему деньги в виду понесенных им убытков, но последующие обстоятельства вынудили Палату изменить свою милость на немилосердие. Вскоре затем, пишет в прошении полковник Грибовский, а именно прошлого сентября сего числа к совершенному откупа его подрыву, по случаю приближения от соседственной Московской губернии неприятельских, а напротив их российских в немаловажном количестве войск, проходящими разными командами, как то артиллерийского полковника Васильева и еще называющими себя ранеными и больными и от полков отставлными, состоящие в Зарайской округе во многих питейных домах и при водочном заводе поверенные и сидельцы разогнаны и как в питейных домах питья и бывшие в наличности вырученные деньги, также медная и стеклянная посуда, так и на водочном заводе водки и припасы разграблены а выпиты, сколько же и чего именно до сего числа и где на какую сумму поданы от главного поверенного его в Зарайский земский суд объявления; сверх того управляющий сборами ему, Грибовскому, еще донес 13 сент., что Сосновский питейный дом Коломенским земским ополчением совершенно разграблен; им все вино из бочек выпито и вылито, меры похищены и посуда медная и стеклянная частью перебита, а частью похищена и сиделец, бежав оттуда, пришел в Зарайск пешком, от каковых ужасных происшествий поверенные и сидельцы и ныне в тех питейных домах от страха не быв уверены в скорейшем отклонении и еще могущей быть подобной опасности, ни по каким с его стороны убеждениям служить уже не соглашаются, и имея всегда укладенное на возах свое имущество готовы тотчас же свои места оставить, от чего по Дедновской дистанции все питейные дома, как то Дединсвский, Ловедкий и два Белоомутских были несколько дней закрыты, и продажа питей в них остановлена. Сверх того по округе и в городе Зарайске осталос обывателей едва ли третья часть, что и начальству известно быть должно. И как он по всем проясненным причинам находится по содержимому им откупу в совершенной расстройке, и от того потерпел немаловажные убытки, коих возвратить уже и видов предложить не можно. доведен до несостояния не только вносить следующую в казну откупную и за вино сумму, но и содержать сей откуп и что на место заграбленных питей и посуды новых заводить он не может, ибо не уверен, чтобы и сии не были жертвой грабителей по причине близкого нахождения действующих армий, откуда опять подобные люди проходить могут, то дабы не вменен ему был неплатеж по описанному расстройству в казну денег в вину, за долг поставляет все описанное представить Палате и просит вышепоказанные как винные, так и пивные сборы кому следует приказать принять в казенное ведомство и его, Грибовского, от содержания оных вовсе освободить, заплатя за имеющиеся у него наличная питья деньги. Не безызвестно Палате, писал далее Грибовский, что г-жа статская советница Веденцова по условию для содержимого им откупа в городе Зарайске с округою обязана ставить в казну вино с завода Зарайской округи при селе Щурове, содержимого ею в аренде, которое она на нынешний 1812 год по сентябрь месяц подлежащее количество выставила, а остается поставить только достаточное на следующие с сентября месяца сроки, но оный завод, как известно ему, ныне проходящими командами совершенно расстроен. Как то посуда в нем медная, железная и прочая попорчена и некоторая и совсем похищена, а паче всего приготовить нельзя кранты, без которых невозможно никакого производства на заводе начать и коих ныне нигде сделать неможно, а бывшее в наличности к поставке вино да и приготовительный хлеб расхищены, что и Зарайскому земскому суду известно. А посему поставки с того завода в последние сроки вина в откуп получить никакой надежды нет, без которого также откупа содержать неможно, да и подрядить у других способов не предвидится». К прошению Грибовским были приложены копии с явочных прошений, поданных от управляющего Зарайскими питейными сборами купца Морозова, из коих видно, что «6 и 7 сентября, прибыв из города Коломны в село Щурово воинские люди, как то артиллерия, конница и пехота во множественном количестве, примерно не менее всего как 6000 человек, усмотря, что при означенном селе на винокуренном и водочном заводах и на водочном для Зарайских питейных сборов работаются разные водки и випивки, разломав заводские двери они вошли туда и усмотрев разные питья, приготовленные спирты и вино для делания вновь водок и наливок, тотчас дали знать своим товарищам, выключая дворянских особ; а как они пришли в завод, то и начали пить и на землю лить, посуду стеклянную бить, где и оказалос похищенных и разлитых: винного спирту 120 вед. по 12 руб. на 1440 р,, вина полугарнаго 482 в. по 6 р. на 2892 р., разных наливок 217 3/8 в. по 8 р, на 175.1 р., водок сахарной 23 ведр. по 20 руб. на 460 р., медовой 13 3/8 в- по 14 р. на 185 р. 50 к.; в виде французской 15 в. по 16 р. на 240р, медной посуды разных мер 2 п. 22 ф. по 80 р. пуд на 204 р., медных принадлежностей на 20 р,, жестяных ендов 1 стоит 2 р., насос 1 стоит 5 р., разбито штофов 156 на 30 р., четвертных 267 на 40 р 5 к. ,полуштофов 217 на 43 р. 40 к., всего при заводе на сумму 7311 р. 95 к, Потом прошлого ж сентября 8 числа означенное ж войско, прибыв в село Городню и войдя в питейный дом видно для выпития какого либо напитка за деньги, но вместо того разграбило в оном полугарного вина из 15 бочек 592 ведр. По 6 р. на 3558 руб., водок: ординарной 10 вед. по 12 р.на 120 р., в виде французской 6 в. по 16 р, на 96 р., сахарной 5 4 /8 ведр. по 20 р.на 110 р., наливок 18 в. по 8 р.на 144 р., портеру 200 вед. по 2 р. 40 к.на 480 р. , да перебито штофов 480 по 25 р. за 100 на 120 р., полуштофов 648 по 20 р.за 100 на 190 р 60 к., четвертушек 156 по 15 р.за 100 на 23 р. 40 к., украдено медной посуды 2 ендовы 35 ф.по 80 р. за пуд на 70 руб., полуведры 10 ф.на 20 р., итого по Городецкому питейному дому на 4871 руб. и наконец 9 числа пришли они в село Сосновку и не оставя посещением находящегося там питейного дома, в котором украли денег разною монетою 284 р, Итак по всем трем местам составилас сумма 12466 р. 95 коп. От таких их наглых поступков и в распродаже питей до четырех дней была остановка».Так как разграблением и остановкой войска причинили ему немаловажный убыток, то Грибовский просил впредь для ведома просбу его записать в книгу явочных прошений, а ему за подписанием присутствующих дать точную копию, затем во 2-й проезд его, Грибовского, 9 сентября для освидетельствования здешних (т. е. Зарайского уезда) питейных домов, он между прочим усмотрел, «что в Перевицком, Борковском и Ловецком питейных домах распродажа питей до трех дней не производилас по той причине, что проезжающие из Российской армии будто больные разных чинов люди делали определенным к продаже сидельцам разные устрашения и грабежи, чего убояс сидельцы запирали питейные дома, так как им известно в Городецком и Сосновском питейных домах, где долженствовало бы в течении 3-х дней выпродаться разных питей на сумму не менее как до 4420 р. 75 к. за таковым незаконным поступком воинских людей означенной суммы он лишен, и посему просил опять впредь для ведома просбу его записать в книгу явочных прошений и ему с оной за подписанием г. г. присутствующих дать точную копию».

В залог по этому откупу полковник Грибовски представил 17 душ крестьян в имении своем при с. Матыре по 95 р. за душу на 1615 р. и завод в Щурове, оцененный в несгораемых вещах в 86815 р.

Губернатор предлагал немедленно взять откуп в досмотр казны. Казенная же Палата к заявлению Грибовского, также как и заявлении Оболонской, отнеслас недоверчиво. Палата постановила:

«1) Хотя господин полковник и кавалер Грибовский в поданном в Палату донесении и показывает, что будто проходящими разными командами, как то артиллерийского полковника Васильева и еще называющими себя ранеными и больными и от полков отставшими -состоящие в Зарайской округе во многих питейных домах и при водочном заводе доверенные и сидельцы разогнаны и как в питейных домах питья и бывшие в наличности деньги, также и посуда, а на водочном заводе водки и припасы разграблены и выпиты, сколько же чего именно и где, на какую сумму о том поданы в земский суд объявления, с коих представил в Палату за свидетельством копии, показывая в оных, что проходящими командами разграблено по заводу на 7311 руб. 95 к., в питьевых домах в селе Городне на 4871 р., в селе Сосновке украдено денег 284 р. и что в Перевицком, Борковском и Ловецком питейных домах не было продажи питьям до трех дней, в течении коих долженствовало бы выпродаться питей на сумму не менее как до 4420 р. 75 коп., а сверх того изясняет, что 13 числа сентября Сосновской питейный дом Коломенским земским ополчением совершенно разграблен, как то вино из бочек вылито, меры похищены и посуда медная и стеклянная частию перебиты, и частию похищены, от чего доведен он до несостояния не только вносить откупную и за вино сумму, но и содержать сей откуп, почему и просит питейный откуп взять в казенное ведомство, а его, Грибовекаго, от содержания оного вовсе уволить, заплатя за наличныя имеющиеся у него питья деньги. Но как кроме его г. Грибовского показания о справедливости оного со стороны Зарайского земского суда донесения не получено, без чего не только Казенная Палата, которая по 118 ст. Высочайшего о управлении губернии учреждения в таковыя дела входить не можетъ, но и никакое присутственное место без достоверного исследования прошения приступить не может, тем более, что всякий обиженный и притесненный во время проходу воинских команд должен по силе Высочайшего о управлении губернии учреждения 247 ст. требовать удовлетворения от земского исправника. Сообразно сему Казенная Палаты полагает: сообщить в здешнее Губернское Правление с тем, дабы Соблаговолило по содержании Высочайшего учреждения 96 ст., кому следует приказать о показуемом г. Грабовским произвести следствие, дойдя до точности, сколько, когда и кем разграблено напитков, забрано, денег и посуды и в какие именно дни, в каком питейном дом не было продажи питиям и при том привести все в надлежащий порядок и о последующем Палату уведомить 1).

Казенная Палата не приняла от Грибовскаго содержания откупа по тем же основаниям, что и у Оболонской.

Оболонская как-то стушевалас тогда, но Грибовский не успокоился. Он вновь вошел в Казенную Палату с прошением 24 октября. И в самом деле, для содержимых им питейных домов вино и водки ставил его же завод при селе Щурове, арендованный г-жею Веденцовою, но и завод этот был разграблен и совершенно разстроен. На приведение его в порядок нужны были большие средства, а. таковых, видимо, у Грибовскаго не было. Поэтому не было никакой надежды на скорое восстановление откупа. Еще можно бы закупить вина на других винных заводах хотя бы и небольшую сумму. Казенною Палатою так и предложно. Она предложила купить за счет Веденцовой вино, хотя бы и по дорогой цене.
__________________

1) Арх. Ряз. каз. пал. Журн. общ. прис. пал. 1812 г. окт., стр. 125-134.

Начальник Рязанского ополчения генерал Измайлов жаловался, что в Дединовском питейном доме не было в продаже вина. Палатой 21 октября было предложено Грибовскому озаботиться во что бы то ни стало немедленной доставкой для народного продовольствия вина, в противном случае он будет отвечать за простойные дни. Но этого сделать было невозможно. Все заводы по близости не работали, а для привоза издали - нельзя было набрать подвод. Вследствие происходивших замешательств в уезде, объяснял Грибовский, никто ехать ни за какую цену не соглашался.

Положение Грибовекаго было безнадежно. Грибовский, припертый контрактом, разорялся совершенно.

У Грибовекого были кроме Веденцовой поставщиками вина еще помещики Кутузов и Дурново, но оба «во время замешательства бежали из своих имений и неизвестно где находилис. Доверенных на заводах также не оказалос. Грибовский входил в сношение о поставке вина с данковским купцом Лебедевым, графом Зубовым. гр.Чернышевым, но безрезультатно, Заводы их находилис в Данковском и Сапожковском уездах, а от перевозки вина все и они отказывалис.

Но и при таких условиях Казенная Палата не хотела сделать Грибовскому никаких льгот.

Палата смотрела на дело только формально.

Палата требовала уплаты питейных сборов, а Грибовский совершенно естественно внести их не мог. Вед торговли вином не было, питейные дома разграблены, заводы разрушены. Палата же, не смотря на это, требовала уплаты сборов и по ним недоимок, Грибовский насколько мог отписывался.

17 декабря 1812 в присутствии Казенной Палаты слушалос новое прошение Грибовского, в котором он писал, подтверждая свое прежнее заявление выпискою из свидетельских показаний. Он между прочим писал, что откупная недоимка эта произошла не от собственного его небрежения, а от расстройства, которое произведено в откупе бывшими вблизи военными действиями и от разграбления проходящих воинских команд, которыми разграблено три питейных дома, две выставки, водочный и винокуренный заводы, из которых с последнего, состоящего в аренде у статской советницы Веденцовой, он должен получить вина 27366 ведер. Но винокурения на заводе с расстройством производимо не было и от неимения вина выходило много дней, в которые совсем продажи не было, а все сие причинило ему убытку до 20 тыс. рублей.

Это подтверждалось, «По произведенному Зарайским исправником вместе с тамошним стряпчим следствию выяснилос, что действительно по Зар. у. разграблены были питейные дома и выставки и произведено расстройство в заводах и были простойные дни»,

Особенному разграблению подвергся водочной и винокуренный заводы в с. Щурове, арендуемые г. Веденцовою, и питейные в них припасы, что подтверждено также Зарайским земским судом. «Благодаря этому расстройству, писал в прошении Грибовский, в сентябре, октябре и ноябре месяцах нельзя было производить выкурку на заводах, тем более, что все село Щурово, да находящиеся при заводе для рабочих заводских людей строения заняты были квартирами Рязанского ополчения: стояло здес более 3500 воинов ополчения и почти все крестьяне с подводами были привлечены для подвозки в ополчение дров и провианта. От стороны же Московской губернии, с которой село Щурово вблизости граннчит, происходило военное действие, и поэтому рабочих на завод людей ни за какую цену приискать было не можно. Но и когда настоящая от сего, равно и от картирования воинов опасность и затруднительность в выкурке вина препятствовать не будет, завод г-жею Веденцевою приведен будет в надлежащую исправность, тем не менее и тогда нельзя предположить, чтобы можно было всю на нынешний 1812 год достальную пропорцию вина в 27.365 в. выкурить по сказанным же выше непредвиденным, при заключении ею, Веденцевою, с ним Грибовским на выставку вина контракта - стекшимся обстоятельствам. Лично он не считает себя в праве требовать настоятельно от нее Веденцовой, скорой выставкой вина. Затем он имеет в подряде у помещиков Зарайского же уезда Кутузова, Комарскаго и Дурново вино, к напоминанию им о выставке оного по контрактам в откуп от него посланы сведения еще до сентября м-ца да и после того неоднократно посылаемы были нарочные; но они, по возврате, ему объявили, что сказанные помещики по описанным от военных в соседственной Московской губернии действий опасностям, не сделав о поставке по их обязанности в откуп его вина в их заводах распоряжения, из их вотчин неизвестно куда отлучилис. Вот от всех вышеписанных крайних для содержимых им сборов расстройств, он при всем желании выполнить сколь возможно исправно принятые на себя обязательства -сделать однако этого не может не по нерадению, а точно по упоминаемым непредвиденным случаям, Напротив, через посылаемых им нарочных имел он всемерное попечение о покупке вина и в Сапожковской, и Ряжской округах, где преимущественно против других округ винокуренные заводы стоят, но безуспешно».

«При всем его старании найдено изготовленного для других содержателей и ими еще не взятого вина, которое по всем убеждениям ему дорогими ценами продано, с отдаленных от его откупа Ряжской округе заводов в начале октября у графа Григ. Ив. Чернышева только 4000 в., которое в откуп 9 и 14 чисел поступило да в исходе уже октября у г. Муромцова 3500 в., кое еще и в откуп не доставлено.

Но и в перевозке этого вина, за неимением в свободности по нынешним обстоятельствам подвод, как с первого завода настояло, так и иных есть немалая остановка и так через все его попечение, сверх бывших от разграбления по уезду в питейных домах, а потом и от недостатка не могли наверстать простойных без продажи вина дней, но было оных как в сентябре, так и октябре не малое число. И вот таким образом по всем сказанным стекшимся для откупа его весма несчастным обстоятельствам с сентября месяца он несет немалые убытки.

Раньше он хотя и просил принять эти убытки за счет казны, но так как Палата его объяснений не уважила, а применила к нему общие правила, то вновь просить ее, приняв во внимание несчастное стечение обстоятельств. хотя бы зачесть с 7 сентября недоимку откупной суммы и не взыскивать ее доколе спокойствие от военных действий по Зарайской округе не восстановится и не начнутся свободные от стеснений в откупных делах обороты. Также покуда пущены будут в действие винокуренные заводы и откроется свободность в заготовлении для откупа вина. Грибовский просил: повелеть его неисправности в вину ему не поставлять, а причиненные от разграбления питейных домов и водочного завода, доказанные следствием земского суда убытки до 20.000 р. зачесть в откупную сумму, так как после оного зачета недоимка Зарайскому откупу будет мало превышать 4-ю часть против представленного залога, то от до-смотра чиновников освободить, разрешить ему вести его хозяйственным порядком, и он будет платить должную сумму безнедоимочно».

Далее в своем заявлении поверенный г-жи Веденцовой г. Пономарев объяснил, что «на взятом его доверительницею в аренду Щуровском винокуренном заводе для выкурки на нем по сделанному ею с г. Грибовским условию она должна поставить к Зарайским питейным сборам вина 27.366 вед. Были заблаговременно изготовлены для курения вина дрова и оставалась от прошлой зимы ржаная мука, также машины и кубы с трубами починкою исправлены и к действию все было изготовлено, но по неожидаемому случаю при проходе и картировании при с. Щурове и на заводе 6 и 7 чисел сентября многочисленного войска, также больных и раненых по разломанию у мучных амбаров и винного подвала замков, унесли из числа 1000 четвертей ржаной муки до 800 кулей, а в подвале оставшееся от прошлой заготовки для поставки к тем же сборам на сентябрьский срок вино в 26 бочках до 1000 вед. частию выпито и вылито, а частию увезено на барки ранеными. Медная посуда как то: насосы, ливера, ендовы, из браговаров кранты унесены ж, а кубы и трубы попорчены, с машинных шестерней, с бражных чанов и других железные обручи сбиты, на колесе водяном несколько черпаков сбито, так что по сим причинам производства начать было невозможно и ныне окружен оный завод воинами Рязанского ополчения, живущими в принадлежащих к тому заводу строениях и на биваках в немалом количестве, о чем от него, Пономарева, подано было в Зарайский земский суд объявление, по коему сделано было тем судом следствие, из коего ясно, что поставить было на сентябрь 7 тыс. вед. невозможно, и на октябрь, ноябрь не привидится возможности. Пономарев просил иметь это именно в виду при обсуждении вопроса о неисправности его доверительницы при поставке вина».

Из приведенного Зарайским земским судом следствия видно, что ,6 и 7 сентября прибывшими из Коломны разного рода воинскими людьми, как то с артиллерийскою конницею и пехотою, примерно всех около 6000 ч. на водочном заводе где для Зарайских питейных сборов выделывались водки и наливки, разломаны заводские двери. Они же посуду всю перебили и кроме того выпили и на землю вылили винного спирта 120 вед. по 12 р., вина полугарнаго 482 ведр. по 6 р., разных наливок 217 7/8, вед. по 8 р., водок: сахарной 23 в. по 20 р., медовой. 1З 2/6, вед. по 14 р., французской водки 15 в .по 16 р., медной посуды разных мер 2 п, 22 ф. по 80 р. пуд, медных крантов 4-20 р., жестяных ендов 1-2 р, насосов 1-5 р., разбито штофов 156-39 р., полуштофов 217-43 р, 40 к., четвертушек 267-401 р. 5 к., всего на 7311 р. 95 к.

«По следствию же открылось, что после разгрома в заводе вина и спирту и всяких напитков не осталось. Только найдены внутри вмазанные в горны 2 медных куба. При одном была труба, а при другом ее не было. Да около завода обнаружены разбитыми 5 бочек; при осмотре их вполне было ясно видно, что бочки эти были налиты вином. Ягоды для наливок все были вывалены в том заводе на земь, везде валяется в довольном количестве битая стеклянная посуда.

Когда вступили в село Щурово 6 сент. воинские люди, показывали свидетели, то остановились кругом завода и во многочисленном количестве пришли и начали у подвала, где стояло вино, отбивать замки и караульщика завода били, домогались до всего, что есть в заводе, потом за шею его веревкою привязали к лафетному колесу, а сами, взойдя в завод, водки, спирт, наливки, вино, посуду и прочее все тащили, что кому было потребно; после того, отвязав его от колеса, сделали свободным, а что действительно таковое насилие от них происходило, то сторонние люди, как села Щурова священник с причтом, равно живущие там при барках мещане и других селений кр-не под присягою подтвердили в явочном прошении.

Затем воинские люди 8 сент., прибыв в с. Городню и войдя в питейный дом разграбили в оном полугарного вина из 15 боч. 593 в. по 6 р., водки ординарной 19 в.по 12 р,, в виде французской 6 в, по 16 р., сладкой сахарной 51/8, в. по 20 р., наливок 18 в, по 8 р., портеру 200 вед, по 2 р. 40 к. да перебили штофов 480 по 25 р. за 100 , полуштофов 648 по 20 р. за сто, четвертушек 150 по 15 р.за сто, медной посуды 2 ендов 35 ф. -70 р., полуведра 10 ф. 20 р., итого пограблено на 4871 р. При следствии оказалось у того питейного дома снаружи в окнах рамы выломаны, внутри самого дома: четырнадцать бочек в сенях да в ледниках 4 порожн. бочки, из числа коих у 3 выбито дно, у трех прорублены бока, вина и портера в них ничего нет. Это сторонние люди подтвердили под присягою. И после ухода тех воинских людей в том доме из напитков так и стеклянной посуды ничего не осталось... удержать воинских людей тех от грабежу невозможно по случаю их многолюдства и вооружения; после этого грабежу в питейном доме продажи питья не было долго.»

«8 сентября те же люди пришли в экономическое село Сосновку и в состоящем там питейном доме пограбили разных напитков вина 40 в. по 6 р., ординарной 2 в. по 12 р., сладкой сахарной 1-20 р., всего на 284 р.

13 сентября имели в том же селе Сосновке ночлег воины Московского ополчения 1) сот до восьми или более и в ночное время, отбив питейного дома у сеней двери из досок, стеклы и рамы разбили и вылили на землю вино 203 в. по 6 р,, водок ординарной 5 в. по 12 р., сахарной 21/2, в. по 20 р., в виде французской 3 в. по 16 руб., наливок 4 в. по 8 р., наличной суммы взяли 805 р. 50 к. меди, зеленой меди ведро, полуведро, осмуха, полуосмуха, боровок, все стоющее 100 р., штофов 218, полуштофов 302, четвертушек 405 на 175 р, 65 к., всего причинено убытка на 1989 р. 15 коп»

По следствию оказалось, что «у питейного дома снаружи у окон притворы, в окнах рамы действительно выломаны, а внутри множество разбитой стеклянной посуды; сверх того входные в питейный дом двери разломаны. Служащими же того питейного дома объявлено, что бочки, из коих выбиты днища, коих числом 14, а еще 2 здоровых, из того дома вынесены на двор того села Сосновки к крестьянину Алексею Федотову.

Сторонние люди, числом 37 челов. под присягою показали, что начально 8 сентября во время проходу через село Сосновку артиллерии во многом количестве воинских людей действительно ими в питейном доме разграблено разных питей до не малого числа, а потом и 13 сентября следующими Московского ополчения сот до 8 чел. в том же питейном доме также разграблено питья уже все без изъятий, частью взято с собою и выбиты из бочек днища. частию вылито на земь, удержать тех людей от их озорничества и своевольства никак было невозможно, а потому и продажи питьям в том питейном дом с 14 сент. и по ныне не имеется.
__________________

1) Ранее обвинялось в том Коломенское ополчение.

9 сентября поверенный откупщика Грибовскаго Морозов, объезжая питейные дома, усмотрел, что в Перевицком, Ворковском и Лавецком питейных домах распродажи питей до 3 дней но производилось по причине того, что проезжающие из российской армии больные разных чинов люди делали определенным к продаже сидельцам разные устрашивания и грабежи, чего убоясь, сидельцы заперли питейные дома так, как им известно о Городецском и Сосновском питейных домах, где долженствовало в течение трех дней вина быть продано на сумму 4420 р.»

По следствию оказалось, что «когда проезжали Российской армии больные разных чинов люди, то питейные дома заперты были и в них продажи не производилось в Перевицком - 3 дня, Борковском до обеда и до самого вечера на другой же и третий день был тот питейный дом заперт,

На Ловецком как проходили в разные дни по Оке на барках раненые армии нашей люди во многом количестве и выходили в село Ловцы и требовала хлеба, то кр-не занимались пахотою.,. Питейный дом был заперт, но сколько времени не упомнят.

13 сентября, под праздник Воздвижения Животворящего Креста вышеназванными Московского ополчения людьми, на выставке под селом Клишиным состоящей, выпито и вылито 92 ведр. по 6 р. на 552 руб.

По следствию открылось: сторонние люди под присягою показали;
1) села Клишина свящ., по священству, что 18 сент. действительно Московского ополчения людьми насильственным образом, без платежа денег, на выставке выпито много вина, а когда сиделец той выставки не стал давать, то и остальное вино ими все вылито на землю; всего вина было в двух больших бочках;
2) дер. Коблучков помещика Нащекина староста-18 сѳнт. был он в с. Клишине для покупки капусты и, возвращаясь оттуда, видел неподалеку при выставке во многом числе воинов, которые сами напущали для себя из бочек в имевшиеся при них (воинах) посуды вино, каковой их наглости убоясь они спешили скорее уехать в дома свои;

3) села Сосновки сотский с крестьянами всего 37 челов. видели, что 13 сент., когда проходили через Клишино и через их селения воины Москов. ополчения, то из числа их слышали как они похвалялись, что при проходе через с. Клишино разбили под оным выставку.»

Затем в явочном прошении показано, что «12 сент. проходили из числа российского воинские раненные люда - внутреннее ополчение - через село Григорьевское, в котором наглым образом в питейном доме выпили и на земь вылили вина 60 в. по 6 р., ординарной 1 в. 12 р., в виде французской 6/8 в по 16 р -ведро, сахарной 1 в. 20 руб., наливок 3 в.по 8 р., штофов 26 по 6 р. 80 к., полуштофов 10 по 2 руб., четвертушек 22-3 р., всего на 435 р. 80 к.

По следствию открылось, что «12 сентяб. вошли в село Григорьевское раненые и прочие воинские люди в немалом количестве и того дня перед вечером сделали в питейном доме шум, почему придя сторонние люди нашли до немалого количества снаружи и внутри питейного дома означенных воинских людей пьяных; из того дома одна бочка с вином вытащена в сени и сидельцу делали разные угрожения, о каковом грабеже того села священник письменно подтвердил».

Сама потерпевшая Веденцова объяснила, что «с находящегося в Зарайской округе при селе Щурове винокуренного завода для производства вина она по заключенному контракту с Грибовским обязана доставить в Зарайск к питейным сборам горячего вина на сентябрь, октябрь и ноябрь по 7000 в. в месяц и декабрь м-цъ 6366 вед. Но как по причине проходящего чрез село Щурово сентября 6 и 7-го чисел Российского войска, как то артил. полка, конницы и пехоты во многом числе у находящегося при заводах запасного винного подвала пробой выдернули, вино в 26 бочках 1000 вед. выпили и на землю вылили, ржаной муки в амбарах заготовлено было 1000 кулей, коей ими вывезено до не малого количества, в машинных, водяных колесах, черпаков до половины сбито, желубья изломаны и шестерни также с бражных чанов и разных подставов, некоторые обручи железные сбили, поставки изломали, трубы медные и кубы попортили, у двух железных браговарок медные краны вынули и унесли.

Из приготовленных для завода пильных дров 1700 саж. проходящим Московским и ныне стоящим, т.е. Рязанским, на биваках воинским ополчением сожжено до немалого количества. По следствии обнаружилось, что «действительно в машинных водяных колесах во многом количестве черпаки перебиты шестерни и желоба частью повреждены, а еще все шестерни из мест своих и с них железные обруча сняты, с бражных 9 чанов и с разных поставок железные обручи сбиты и на месте их нет, или подставки к ним все изломаны. На заводе некоторые кубы и трубы помяты от железных двух браговарок, краны вынуты, запасного винного подвала у дверей пробои вынуты внутри оного 7 пустых бочек с выбитыми днами да подле оного подвала также пустых 19 бочек, из коих у 4-х прорублены втулки, так что можно пройти среднего сорта кувшину, а из остальных у некоторых дно выбито, косяки, других перерублены обручи, из коих бочек даже ныне слышен винный запах.

«В амбаре при заводе находящемся имеется ржаной муки 820 кулей, из состоящих же в саженях пильных дров разного лесу дров снято по примеру до 110 саж. по 11 руб.»

Свидетели были кр-не села Пирочь помещика ІІорова Федор Михайлов Потолов, Петр Петров, помещика Плуталова Дмитрий Васильев, вольные земледельцы Алексей Ульянов, Матвей Михайлов, села Ларцевых Полян пом. Наумова Антон Тимофеев, села Городца экономич. ведомства Прокофий Петров, Григорий Макеев и Наум Степанов.

Села Щурова по священству показал:
«Дьякон Петр Антонов, что 7 и 8 сентября во время квартирования в оном селе Щурове с артиллерию воинских людей чеповек тысяч до 6-ти действительно оными как в доме у помещика Андриана Минаева Грибовского, так равно у крестьян его и на заводах водочном и винокуренном разграблено во множественном количестве разного имущества и скота, а на заводах питей и хлеба а сколько и чего именно, того он не знает.
Дьячок Антон Андреев показал тоже самое, что и диакон Петр Антонов без всякой разности.

Пономарь Иван Кирьянов показал то самое, что и диакон Петр Автонов.»

1812 г. 30 сент, Зар. окр. священник села Щурова Феодосий Петров показал, что сентября 7 и 6 чисел, во время картирования в оном селе Щурове с артиллерию воинских людей человек тысяч до шести, действительно оные как в доме у помещика оного села г-на Грибовского, так равно и у крестьян его, и на заводах водочном и винокуренном разграблено во множественном количестве разного имущества и скота, а на заводах питий и хлеба, сколько и чего именно того он не зняет, что утверждает по долгу священства.»

Поверенный Веденцовой объяснял, что «квартирующими войсками 6 и 7 сент. разобрано ржаной муки 1000 кулей, из коей теми людьми пограблено более 800 кулей; мука оставалась от прежней зимы по окончании винокурения к нынешнему времени. Поставлена мука по подряду Коломенским купцом Шапошниковым.»

Сторонние люди (перечисленные выше крестьяне) показали тоже, что и причт, а кроме того и мещане г. Коломны Ефим Горлеев, Фрол Кондратьев Булгаков.

Караульный крестьян Никита Андрианов объявил: сентября 6 числа вступили в село Щурово с артиллер. воинские люди человек тысяч до шести с пушками, остановились кругом вышеописанных заводов и во многом количестве людей. Пришли и начали у подвала, где стояло вино, сбивать замки и как он начал говорить, чтоб от того удержались, они били его немилосердно, домогались до всего, что есть в заводах, потом за шею веревкой привязали к лафетному колесу, а сами везде в заводах и подвалах замки отломали, из коих водки, спирт, наливки, вино, посуду и прочее тащили, что кому было потребно. И после того, отвязав его от колеся, сделали свободным.»

«Того же господина кр-янин Сазон Макаров, находившийся при амбаре, в котором лежала в кулях ржаная мука, к которому вышеназванные артиллеристы пришли, отбивали замок и его Макарова били, что видя, убоясь дабы не случилось бы того, как поступили с Андриановым, отбежал от них в дом свой.
Разграблено по заводу. на 7311 р, 95 к.
в с. Городне . . . 4871 р. –
Сосновке . . . 284 р. -
В Перевицком
Борковском . . . не было продажи питей,
Ловецком . . . с убытков до 4000 р.

А затем (кроме 6 сент.) еще 13 сентября Сосновский питейный дом Коломенским земским ополчением совершенно разграблен, как то вино из бочек выпито, меры похищены и посуда медная и стеклянная частью перебита, а частью похищена, от чего доведен он до несостояния не только взносов откупных, но и содержать сей откуп г. Грибовский не в силах.

По этим причинам Грибсвокий просил взять его откуп в казну, в казенное ведомство, заплатив ему за наличные питья деньги.

Казенная Палата, заслушав все эти данные, тем не менее находила, что по силе ст. 247 учрежд. пострадавший от воинских команд должен быль требовать удовлетворения от земского исправника...

Что же касается Веденцовой, то она, по мнению Казенной ІІалаты, обязана поставить по контракту вино, отыскивая также законным порядком убытки от разграбления... Если Веденцова вино не поставит, разъясняла она, то Грибовский может за счет ее купить должное количество вина у лиц, имеющих право на винокурение.

По этим чисто формальным соображениям Казенная Палата, в виду значительности недоимки, каковая не покрывалась залогом, постановила вызвать новых лиц для содержания Зарайских питей на 20 января, 16 февраля и 21 марта, о чем и сообщено было в соседние Губернские Правления: Московское, Тульское, Орловское и Тамбовское для пропечатания в Губ. Ведомостях.

Из приведенных данных несомненно, что содержатель Зарайского откупа Грибовский и г-жа Веденцова потерпели весьма крупные убытки от разбоя и грабежей воинских частей, фланированных по уезду с 4 по 13 сентября. Веденцова с трудом, но могла привести в действие арендуемый ею завод в с. Щурове только в конце декабря 1812 года, а Грибовский настолько запутался, что на Зарайский откуп были назначены Казенною Палатою новые торги на январь, февраль и март месяцы 1813 года. Но эти подвиги воинских частей на страницы журналов Общего Присутствия Казенной Палаты попали случайно....только как мотивы к ходатайствам о сложении иле рассрочке разных недоимок по откупам, самые же дела о грабежах и убытках, причиненных различными воинскими командами производились в уездных земских судах. Следовательно в земских судах нужно отыскиватъ материалы о всякого рода причиненных населению обидах Войсками. Туда, в архивы земских судов исследователь этого вопроса должен направить свой пытливый ум.

В заключение нельзя не упомянуть, что воины Рязанского ополчения также обвинялись в слабости к грабежам кабаков. На это обращал внимание Начальника Рязанского ополчения генерал майора Измайлова Рязанский губернатор. Из приведенного выше протокола Казенной Палаты видно, что и Рязанское ополчение было не безвинно в грабеже, хота Измайлов отрищал это. 8 сентября 1812 года он писал губернатору:

«Милостивый государь, Иван Яковлевич. Имея известность от вас, милостивый государь мой, что воины вверенного мне ополчения напали где то на кабак, удивляюсь, что в дерзости сей ни от кого, никакой не поступило мне жалобы; я уверяю ваше превосходительство, что, ненавидя душевно сам всякие беспорядки, с подчиненных мне строго взыскал бы за непозволительную наглость. Теперь все почти ополчение на сборном месте сем, но беспорядков от него и обид никому еще не было, Честь имею быть с отличным почтением 1) Лев Измайлов».

Не могу сказать, входило ли это в обязанности Рязанского ополчения по его службе, но оно охотно занималось с ведома начальника своего генерала Измайлова отысканием корчемного вина и, в случае нахождения его, арестованием в свою пользу. В сохранившихся бумагах документы отмечают не один случай подобного рода. Особенно это стремление стало проявлять - ее, когда в Дединовском питейном доме не оказалось своего вина. Сначала Измайлов жаловался на откупщика Грибовского губернатору и Казенной Палате 2), а потом занялся преследованием корчемства в свою пользу.

Казенная Палата и губернатор были бессильны восстановить вскоре правильноѳ течение торговли вином в питейном доме, но местные крестьяне тем не менее из разных мест, более всего из Егорьевска, ухитрялись получать вино. Но провести его в дом оказывалось не так легко. На таких смельчаков делали нападения Рязанские ополченцы, отбирали у них вино, а на них самих доносили губернатору и земскому суду как на лиц, занимающихся корчемством. 3)

Кроме того генерал Измайлов, стоя на биваках близь села Дединова, занимался арестовыванием барок с хлебом. По входящему реестру канц. губернатора значится за одно 13 ноября 1812 года под №№ 4419 и 4420 жалобы купцов Замораева и Кайсарова на Измайлова в неправильном арестовании у них барок с хлебом и о возвращении их им 4)

Но что сделано по этим жалобам неизвестно.

____________________
1) Историч. арх, арх Ряз. учен. арх. ком. Дело канц,. губерн. Письмо Измайлова от 8 сентября 1812 г. № 632 Сборное место в селе Дединове.
2) По исх. канц. Ряз. гражд. губ. 1812 г. 11 окт. № 6960.
3) Арх. Ряз. каз. пал-. 1813 г. янв.
4) По вход. реестр. канц. Ряз. гражд. губ, 1-8)2 г. 13 ноябр,-№ 4419 и 4420.

Рязанская губерния в 1812 году преимущественно с бытовой стороны. Материалы для истории Отечественной войны.

5
Рейтинг: 5 (1 голос)
 
Разместил: admin    все публикации автора
Изображение пользователя admin.

Состояние:  Утверждено

О проекте