Добро пожаловать!
На главную страницу
Контакты
 

Интересное

 
   
 

Ошибка в тексте, битая ссылка?

Выделите ее мышкой и нажмите:

Система Orphus

Система Orphus

 
   
   
   

Рязанский городской сайт об экстремальном спорте и активном отдыхе










.
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Легенды и предания Земли Русской



Под таким названием мы завершаем в этом номере «Московского журнала» публикацию отрывков из книги М. Н. Макарова «Русские предания» (М., 1838-1840), начатую в N 4 и продолженную в N 7 за 2007 год. Здесь представлены старинные изустные народные рассказы Смоленской, Тамбовской, Тверской, Владимирской,Тульской и других губерний, а также Подмосковья.

Смоленский лес

В Смоленской губернии есть лес - где-то неподалеку от большой Московской дороги; в самой середине этого леса находится, по рассказам, на большом пространстве широкое топкое непроходимое болото, по которому не только летом, но и в самую холодную зиму нет ни проезда ни прохода; это болото никогда не замерзает и никогда не пересыхает. На середине болота лежит остров, зеленый и цветущий, как лужайка: тут растут высокие красивые деревья, никем еще не тронутые от начала мира, и водятся различные звери, птицы и пресмыкающиеся, которых давным-давно уже нет в других местах. Многие из любопытства пытались пробраться на этот дивный островок; но напрасно. Это один из тех островов, которые сделаются доступными накануне светопреставления.

Робья гора

Верстах в тридцати от нынешнего города Данкова есть старое Данково городище. Оно лежит против села Сторожевой Слободы. Это городище устроилось на увесистом береговом крутояре реки Дон, а напротив его возвышается столь же крутая гора Робья, или Рабья, увенчанная курганом.

Вот история этого прозвания: какой-то древний владелец Сторожевой Слободы обещал сто рублей тому, кто, наполнив рот донскою водою, не переводя дух взойдет прямиком на гору. Многим захотелось получить сотню рублей, но никто на себя не понадеялся: гора стояла стена стеной! Наконец нашлась какая-то молодая раба девица; она наклонилась к Дону, взяла в рот, сколько могла, донской водицы и, не уронив ни капли, взошла на гору, но от усталости тут же упала и умерла. Боярин похоронил ее здесь и положил с нею вместе сто рублей. В память ее наметан Рабий курган. В новейшее время крестьяне неоднократно разрывали этот курган. Неизвестно, отысканы ли были там похороненные рублевики, но достоверно только, что в выброшенной земле с кургана найден череп головы человеческой.

Начало Данкова

Построение нового русского городка Данкова также достопримечательно. Рыбаки - вероятно, рязанские казаки, идущие с ловли от старого городища по реке Дон - прельстились местом нынешнего Данкова, собрали сети, расчислили добычу и пошли прогуляться по берегу. Какая-то тропинка завела их в лес и потом к пустыни - к отшельнику Романею. Этот отшельник Романей, или Роман, принадлежал к фамилии князей Телепневых, был некогда человеком значительным в кругу дворян; но, убитый кознями и суетами мира, дал обет Богу в неизвестности житейской спасти себя. Казаки-рыбаки, укрытые им от темной ночи, предложили ему свою добычу и остались у него. Вскоре они вместе основали Покровскую пустынь, а потом и первый монастырь Донковский; речка Везовня, соединенная с Доном под самыми стенами монастыря их, придавала им особую защиту от существовавших еще тогда набегов разбойничьих. И вот они общими силами очень скоро сумели привлечь к себе братию из богатейших казаков; и таким образом к монастырю их переселился и весь древний Донков.

В старинном синодике монастырском живут и до сей поры имена строителей пустыни - донских ирязанских казаков.

Золотая лампада в лесу

В Кирсановском уезде на землях села Рамзы, что посреди густого леса, около реки Вороны вам скажут о чудной необыкновенной иконе, поставленной в дупле одной многолетней белой кудрявой березы. На иконе( прекрасный лик Пресвятой Богородицы. Никакой живописец не писывал подобного! Золото, серебро, камни драгоценные ослепительного сияния составляют раму и ризу сокровища. Пред образом теплится неугасимая золотая лампада, унизанная редкими алмазами. Всякий безоружный человек пойдет искать это чудо ( находит и видит его; вооружитесь же топором, даже гвоздем, ( не увидите. Такова была воля пустынника, христианина-грека, оставившего в пустыне свое сокровище.

Козинская пустошь

Близ Лебедяни есть село Большие Избищи; в нем живут однодворцы и помещики: у тех и других долго шли споры за Козинскую пустошь. Иные говорили, что этот спор завязался сначала за диких коз, которые здесь велись несметными табунами, и от них-де, от коз, самая пустошь назвалась Козьей, или Козинскою пустошью. Потом споры шли за охоту на лебедей; а эти лебеди сюда налетали и видимо и невидимо: то с Лебяжьего озера, то с речки Лебедянки, которая тут же, от пустоши, не так чтобы далеко. В заключение: дело продолжалось за распашку и за всякую раздирку земель. Но теперь уже пресловутая Козинская пустошь разведена к одним местам какому-то владельцу, как следовало, в особняк, и вот этим-то жаркое полымя ссор владельцев утушилось надолго. Без всяких пожарных труб, его залил какой-то добрый землемер с правдивыми людьми-понятыми; да и козы на Козинской пустоши уже не прыгают; да и лебеди над ней уже не летают. И позабылась бы подлебедянская пустошь Козинская, как и все пустоши другие прочие; но вот ее памятник гранитный, вот ее могучая пирамида: на этой Козинской пустоши лежит еще камень, так - простой, известковый, белый, а с явными отпечатками следа ноги человеческой и следа копыта конского. И - что это за след, что за копыто? - Чудо!

«То памятник путей богатырских», ? говорят жители, да и, до сей поры еще частехонько меряют их четвертями. В самом деле, здесь мера следа человеческого ныне неслыханная: она до трех четвертей длиннику и до полуторы четверти поперечнику. А конскому копыту мера: голова человеческая! Каковы ножки?

Такова же была мера ноги богатыря Аники и коня его, мера ступней богатырей киевских, мера копыт коней их.

Каменная баба в Тамбовской губернии

В Козловском уездном суде еще в начале нашего столетия (XIX. - И. К.) существовало дело помещика Сатина со своими соседями, кажется, с однодворцами, о том, что Сатин перевез самовольно с общего рубежа к себе в сад каменную бабу и тем расстроил живые признаки границы между соседством. Баба эта принадлежала к числу тех статуй, которые весьма нередко встречаются в степях южной России. Она и здесь возвышалась на небольшом курганчике, а по грубой отделке ее почти невозможно было угадывать, точно ли она изображала женщину. Крестьяне и крестьянки, страдающие головной болью, ходили на поклон к этой бабе.

Весьма бы любопытно исследовать: какому времени и народу принадлежали эти каменные бабы?

Си-Юнь-Бекина башня

Кто погулял по городу по Казани, тот, конечно, знает Си-Юнь-Бекину башню. Бедовая эта башенка. Всплыла она было на крови христианской; но вечная память царю-государю Иоанну Васильевичу: он спас слуг христианских своею рукою царскою. Господь поддержал свой венец над ним!

Красивы были в Си-Юнь-Бекиной башеньке окошечки татарские; не косяк вязал их - клеило солнышко красное. И крепко держалась под теми под окнами царица-колдунья Си-Юнь-Бека, лихая чародеица! Ничто вдове той не деялось, ничего с той вдовою не приключалось. Камнем была ее грудь белая, и стрелы христианские ломались о ту белую грудь в крошечки. Лихи были чары царицыны, и гораздил те чары вместе с царицею Кощак, любовник царицын, крымский улан, кровопивец, злодей! А молодчина был этотКощак, каких мало! Своею рукой перерезал он, Кощак, наших воинов. Вот упали пред ним головы князя Лопатина, князя Кашина!..

А светлы были у тех князей сердца христианские!

В каждую полночь народ еще и до сей поры иногда видит Си-Юнь-Беку. Смотрит она из своей башенки в окошечко - бледная, худенькая! Пропало на ней все царское; но огонь летает из больших черных глаз ее, и как железо звенят ее белые зубы. С нею же вместе, с царицею, в иную пору и Кощак появится, вертит он страшным богатырским мечом!..

Прежде еще думали казанцы, что придет время, когдаКощак умягчит гнев пророческий, и вот тогда помилует Си-Юнь-Бека пропавших. Башня Си-Юнь-Бекина тогда рассыплется и взойдет луна над тою башнею вместо солнышка. Уж не время ли это магометанского светопреставления?

Трастнинская церковь

Почти на границе Тверского уезда с уездом Крапивинским, в дачах села Трастны и деревни Есенкове был, а может быть, и теперь есть еще небольшой прудок или озерцо, весьма крутоберегое. Это провал христианского храма, оскверненного человеческими преступлениями: злым расколом, язычеством, грехами неслыханными.

Рассказывают, что однажды в Великий праздник буйные толпы, собравшись в церкви к ранней обедне, подрались в самом храме. Церковники ударили в колокол, и церковь быстро пошла в глубь земли, так что никто не успел спастись. И когда церковь совершенно ушла под землю, на ее месте выступила темная и мутная вода. Вода эта стоит и теперь еще тут. Народ, не бывший у ранней обедни, долго слышал крики, стоны и скрежет погибших. Уверяют, что звон колокольный и доныне еще слышат накануне Великих праздников.

Провал окружен мелким лесом-заказником, где много волков и леших проказников; но ни волки, ни лешии, как заметили пчеловоды, никогда не осмеливаются приближаться к месту исчезнувшего храма!

Поганое озеро (под Суздалем)

Такой же провал церкви, как и Трастнинский, а другие говорят -провал целого монастыря есть и под Суздалем на так называемом Поганом озере. Но там уже совсем другая поэма. Враги нечестивые бросились грабить храм Господень; земля затряслась, и все они погибли в бездне. Храм также обрушился с ними, и на его месте, тоже, как и в Тульской губернии, появилось озерцо, прозванное Поганым, потому что там злодеи иногда выплывают на поверхность озера и заражают воздух нестерпимым смрадом.

Город Дедилов

Старинный город Дедилов Тульской губернии построен на семи провалах. Один из последних воевод дедиловских Неелов говаривал, что тут провалились поганые капища и дома богачей-корыстолюбцев. Народ же верил в последнее. Каждый провал имел свое время и свое название; нынче они неизвестны; но, однако, в Дедилове недавно были еще жители, ожидавшие вновь провалов.

Бояре-покойники

Во многих старинных сельских господских домах, по какому-нибудь случаю оставленных пустыми, почти обыкновенно видят старых господ, давно уже умерших; они шаркают, расхаживая по дому, нюхают табак, пьют чай или кофе под полузакрытым окном, иногда грозят пальцем на старосту или приказчика и проч. Но осмельтесь и взойдите в дом: там все тихо, все пусто; выдьте из него - и опять зашаркают, и опять видится покойный барин, который будет уже и вам грозить. Эти преданья едва ли не общи по многим великороссийским губерниям.

Богатырские кости

Древние допотопные кости мамонтов большей частью почитались у нас костьми богатырскими. И там и сям рассказывали о богатырях-гигантах. В округе города Переславля-Залесского один помещик употреблял плоскую мамонтову кость вместо печной заслонки; добрые люди звали эту кость ребром Добрыни Никитича. Сам Переславль имеет предание о каком-то Васе Переславце, на которого если кто взглядывал, то никакая шапка не удерживалась на голове: таков этот Вася был высок ростом. В Тульской губернии подобный же богатырь вырывал по засекам столетние дубы и проч. В пустоши Козихинской под Лебедянью вам еще и нынче покажут на одном камне гигантский след богатырской ноги и копыта того коня, на котором разъезжал богатырь. Там найдутся также люди, которые будут говорить без шуток, что это копыто от ноги Полкановой.

Вал половецкий

Кто едет из Москвы в Тамбов, тот, наверное, видит вал половецкий. Он, в нескольких верстах не доезжая до города Козлова, покажется вправе да и пойдет мелькать: то близко, то далеко от дороги, и потянется он все править, все править далее и далее - к Усмани. Посмотришь на этот вал - он правилен, местами он размерен сторожками. Другойскажет, чтоэто бастионы; но у половцев каким быть бастионам? Тогда, как работали этот вечный вал, о бастионах и в голову никому не лезло! Да кто же рыл этот вал - неужели и в самом деле половцы? И когда они его рыли, и для чего, и долго ли, и на какую военную потребу они его рыли?

А коли рыли его половцы, то эти половцы не совсем-то были людьми дикими!

Право, этот вал еще загадка китайская!

Дон и Дунай

Почтение к Дону в русском народе столь же [велико], сколько и почтение всех вообще славянских племен к рекам Бугу, Дунаю и к некоторым другим. Эти великие реки, равно как и ключи-студенцы, в древней религии славянской неоспоримо принадлежат к чему-то особенно божественному - Дунай есть и в Индии, там есть и страна Дунайская!

Дон имеет свою подлинную сказку. Вот она. Известно, что в Тульской губернии есть озеро Иван. У этого озера Ивана, говорят поселяне, было два сына: один - Шат Иванович, а другой - Дон Иванович. Шат Иванович был почему-то глупый сын, а Дон Иванович, в противоположность Шату, считался умным. Первый из этих двух братьев, т. е. Шат Иванович, т. е. голова неразумная, не спросясь воли родительской, не накопив еще силы под кровлею родимой, вырвался от отца как бешеный прошатался весь на одних только полях родимых и воротился на те же поля родимые, с которых и вышел: он не нашел доброго ни себе, ни людям. Такова доля и всех детей самовольных!

Напротив того, Дон Иванович, любимый сын за необычайную его тихость, получил добрый привет родительский, смело полетел во все страны дальние; его приняли со славою и готы, и хазары, и славяне, и греки (самые первые христиане на землях русских). Честь да добро послушному сыну! И поныне славен Дон Иванович тихим Доном Ивановичем! Это величанье в самом деле неотъемлемо от имени Дона: его повторяют наши песни, наши поговорки, наши казаки, всегда гордые своим Тихим Доном.

Дунай не имеет, кажется, такой легенды, какую мы высказали сейчас о Тихом Доне. Но в русских песнях и к Дунаю еще сохранены величанья - и величанья, может быть, замечательные! Выпишем здесь одну из таких песенок. Вот она:

Ах! Звали молодца,
Позывали удальца
На игрища поиграть,
На святые вечера.
Дунай мой, Дунай,

Селиванович Дунай!

Во пиру он пировал
В беседушке сидел,
На светлых он вечерах
На игрищах поиграл!
Дунай мой Дунай и проч.

Далее из той же песенки видно, что этот молодец Дунай Селиванович хаживал в рудожелто камчатном кафтане, носил черную шапочку мурмашку (норманку) и был великий мастер играть на гуслях звончатых. На одном игрище ему понравилась вдовушкина дочь, перед нею заиграл он в звончатые гусли, перед нею уронил он свою шапочку мурмашку; девушка подняла ее, и Дунай Селиванович был счастлив!

Трубеж

Трубеж - так называют реку под Рязанью, под Переславлем Малороссийским, под Переславлем-Залесским, то есть под всеми Переславлями, потому что и Рязань называлась Переславлем. Трубеж - рукав реки, озера, может быть, моря. Не так ли в древности и все подобные водяные рукава и протоки названы были славянами?

В Малороссии некогда говорили, что Трубеж - дело рук человеческих, что он изрыт в глубокой древности для осушения мест городища, для крепких преград от врагов; в Переславле-Залесском добавляли к такому же почти преданию, что Плещеево озеро, из которого вытекает Трубеж, некогда прорвется, затопит Переславль-Залесский, и тогда будет светопреставление. Есть еще тут старички, которые ждут этой же беды и нынче.

Думают ли то же в Переславле-Рязанском, до нас о том не дошли слухи; но там еще кой-кто сказывает, что при Трубеже поклонялись Бабе-Яге, что рязанский батюшка Трубеж сердит больно: он в зиму не мерзнет, а тишь колыхает!

Да и чего здесь не скажут о Трубеже!

Говорили нам, что бабы рязанские своей одеждою походят на Ягу-бабу. Стало быть, и она также хаживала и одевалась как рязанские бабы.

Московский журнал

0
 
Разместил: admin    все публикации автора
Изображение пользователя admin.

Состояние:  Утверждено

О проекте